Погода
10 Июля 2020
Общество

Тайны черноморских линкоров

Источник фото: historicus.ru
Источник фото: historicus.ru

Краснодар, 10 июля – Юг Times. Мы продолжаем публиковать главы 16-й книги известного кубанского писателя Владимира Рунова «Тайны черноморских линкоров». В нее вошли произведения самых разных жанров - от исторической публицистики и портретных очерков до киносценариев, написанных давно, но, к сожалению, так и не получивших воплощения на экране, хотя и заслуживших одобрение видных кинокритиков.

ВЛАДИМИР РУНОВ, писатель, доктор филологических наук, профессор КГИК, кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры России, заслуженный журналист Кубани и Адыгеи, Герой Труда Кубани. 

Продолжение. Начало в № 13 (362) от 1 апреля 2020 г.

Талант - Лиепа, злодей - Григорович. Первое утверждение несомненно, поскольку не будь Марис Лиепа одарен от природы безмерно, на нем, танцовщике рижского театра, никогда бы не остановил свой взгляд главный хореограф Большого театра. Второе категорически неверно, поскольку именно Григоровичу Лиепа обязан своим невероятным взлетом, а вот падением, как это ни грустно звучит (а правда, особенно такая, всегда печальна и грустна), Марис в большей степени обязан самому себе. Все-таки почти всегда впереди стоят пороки, а потом уже неприятности, а не неприятности, а потом стремление успокоить душу пороком, прежде всего, конечно, пьянством.

Легендарная балерина Майя Плисецкая написала очень толстую книгу под названием «Я - Майя Плисецкая», где Юрию Григоровичу уделила целую главу, не сказав о нем ни единого доброго слова. 

Драма балетного артиста и заключается в том, что слава, порою оглушительная, преодолевающая «звуковые барьеры», приходит рано, когда жизнь кажется бесконечной, в пору, когда поклонники готовы пить шампанское из балетной туфельки и целовать очаровательные ножки. Надо быть очень мужественным человеком, чтобы преодолеть во имя балета личные амбиции и понять, что чем длиннее жизнь, тем короче прыжок.

Конфликт великого балетмейстера с великими танцовщиками и заключался в том, что на смену корифеям со званиями и орденами приходили юные таланты, а у них было важное достоинство - очарование молодости. Когда главный балетмейстер Большого театра решил (скорее, решился) отправить на пенсию группу корифеев, первой в том списке значилась его жена, народная артистка СССР, выдающаяся балерина Наталья Бессмертнова. 

Попытки вычеркнуть великого отечественного хореографа из мировой культуры были сделаны на самом высоком уровне. Как всегда в нашей стране, прежде всего они свелись к освобождению его от должности. Противники ликовали - наконец закончилась «диктатура» Григоровича. Жесткая требовательность, столь необходимая при достижении больших целей, сменилась мурлыканьем и поцелуйным чмоканьем, привычными в среде творческих «междусобойчиков».

Мурлыканье, как и следовало ожидать, закончилось крахом. Национальные традиции в балетном искусстве, возвышенные Григоровичем, быстро вытеснил «импорт», часто похожий на утреннюю зарядку образцово-показательной парашютно-десантной роты.

Балет перестал быть праздником, поскольку бывшие корифеи живо обсуждали проблемы закулисья - кого, за что, куда и как посылали, за кем следили и что из этого получилось. Великое искусство становилось лишь фоном, на котором разгорались страсти, напоминающие коммунальную квартиру. Молчал только один Григорович. На все нападки мастер ответил одним - созданием нового балетного театра, причем на пустом месте, в театральной провинции, в городе Краснодаре.

Сегодня краснодарский балет Юрия Григоровича знают во многих столицах мира, но самое главное - культурная жизнь Кубани трудно представляется без балетных спектаклей Григоровича. Его переезд в Краснодар вызвал в столице насмешливую бурю. Даже верный поклонник, искусствовед и видный телеведущий Виталий Вульф не смог скрыть недоумения, с которого и начал передачу «Серебряный шар», посвященную Григоровичу. Главный вопрос - почему Краснодар, а не Копенгаген или Амстердам, куда звали?

- Мне здесь очень комфортно, - отвечал Григорович. - Мне здесь хорошо работается. 

Хотя ни одним из своих постулатов он не поступился - столь же требователен, столь же настойчив и столь же непредсказуем в творческом озарении. Эпоха Григоровича продолжается и, что по нынешним временам удивительно, по-прежнему на русской сцене.


БРАВО, ЛЫСЕНКО!

Михаил Иванович Хаджинов был похож на академика, как я на степного орла. Маленький, щуплый, в очках с толстыми стеклами, с морщинистым обвислым лицом, большими ушами, заросшими седым пухом, огромной плешивой головой, он, однако, источал старомодную учтивую доброжелательность к любому человеку. Казалось, сними с него мятый шевиотовый пиджак с широким скособоченным галстуком, одень в разноцветный камзол - и перед вами предстанет добрый мудрый гном из сказочных историй про трудолюбивых карликов, которые все знают, все умеют, кропотливо занимаясь созидательным волшебством.

Однажды я встретил его в аптеке. Слившись с невзрачной стариковской очередью, он шелестел мятыми рецептами, придвинув их вплотную к толстым стеклам очков. Случайно заглянувшая в аптечный закуток главврач поликлиники, женщина очень властных кондиций, глазам не поверила! Заахала, пытаясь за рукав извлечь из очереди прославленного Героя Социалистического Труда, причитая об упущении.

- Не дай Бог, в крайздраве узнают - такой человек топчется в ожидании... Да еще «доброжелатели» шепнут: нарочно устроили... Ну что вы, Михаил Иванович! - нервно охала врач со скрытым укором. - Немедленно вперед! 

Вот тогда я увидел, как кинжально вспыхнули хаджиновские линзы:

- Голубушка! - он еще глубже задвинулся в замолкнувшую очередь. - Не надо суетиться по пустякам, и не следует меня конфузить. Покорнейше прошу, не надо!

Главврача можно было понять: к тому времени Хаджинов был вознесен до небес: лауреат Ленинской премии, Герой Социалистического труда, к тому же академик, а главное - «творец золотого початка», как шумно именовала его пресса.

Их в крае тогда было три всесоюзных масштабов «богатыря»: Хаджинов, Лукьяненко и Пустовойт. Два последних именовались тоже исключительно в превосходных степенях - «хлебный батько» и «творец золотого цветка». Они действительно были великие естествоиспытатели, много лет отдавшие селекционной науке: Хаджинов - кукурузе, Лукьяненко - пшенице, Пустовойт - подсолнечнику.

К описываемым временам все трое прожили судьбу долгую и трудную, подчас с драматическими и даже трагическими оттенками. Ко всей газетной и прочей трескотне, вписанной в систему небывалой похвальбы советской науке, относились или равнодушно, как, например, совсем старенький Василий Степанович Пустовойт, или с иронией, как Хаджинов, или с мрачным небрежением, как Павел Пантелеймонович Лукьяненко.

В высшую властную инстанцию ходили редко, на «свистки» аппаратчиков даже не оборачивались, цену себе знали, ибо цена эта опиралась на огромные достижения. Сортами Пустовойта, например, засевались миллионы гектаров по всей Европе. Даже суровый Григорий Сергеевич Золотухин, первый секретарь крайкома, от взгляда которого у чиновников холодело в мошонке, бывая в лабораториях, молча выслушивал подчас от «бессмертных» нечто малоприятное, и не только в области селекции.

Даже не верится, что так было! Нынешний академик, к сожалению, как и все, подвижен в пояснице и упруг в коленках. Кенгуренком скачет, только окликнут из «инстанции», да и прицелен совсем на другой расчет. Но это так, к слову, ибо сравнение - часть познания, а его объективность не всегда бывает радостной, а уж тем паче поздравительной...

Однажды, теплым весенним днем, направившись к приятелю, известному в городе адвокату Павлу Сергеевичу Майорову, я во дворе его дома застал пыльную суету предмайского субботника. Дом был сильно номенклатурный, и за лопатами, граблями, носилками, в ношеных куртках и мятых кепках, среди веселого гомона я вдруг стал различать людей, чаще виданных в неприступных насупленных президиумах. Сейчас лица были непривычно расправлены, обстановка - сплошная радость. Не субботник, а прямо-таки картины из финальных сцен фильма «Свадьба с приданым».

Вдруг вижу: рядом с другом моим, опершись на лопату, стоит Хаджинов, в ватнике, сапогах, с большим ведром возле ног - не академик вовсе, а так, колхозный бригадир на яровом севе. С робостью подошел, и Майоров представил меня как журналиста. С помощью обаятельнейшего Павлика беседа завязалась как-то сама собой, хотя я был зажат (великий ученый все- таки!). Хаджинов на льстивое мое «жужжание» усмехнулся и сказал:

- Великих ученых в мире, голубчик, единицы. Это те, которые ради идеи готовы на костер идти. Боюсь, я на такое не способен, - и, рассмеявшись, добавил: - Да меня, надеюсь, уже никто и не поведет!..

Михаил Иванович скромничал - еще как могли! Было время, когда без малого он не угодил под «мотовило», крутившееся в недрах биологической науки. Дискуссии, естественные для научной среды, в биологии превращались в заседания революционных трибуналов с расстрельными итогами. Ставший во главе советской селекции Трофим Лысенко словно мстил коллегам за свою полтавскую безвестность. В тридцатых годах его случайно нашел в глубинке Николай Иванович Вавилов, великий ученый и неустанный подвижник генетики. Найти-то нашел, да вот не рассмотрел в скромном услужливом человечке одного из самых страшных проходимцев двадцатого века.

А ведь какой тихий был вначале, незаметный, по Москве в стужу ходил в соломенной шляпе и скрипучих сандалиях, в столовой для избранных горбушкой подпирал ложку с борщом, боясь уронить хоть каплю, а потом так расправил крылья, что сам Сталин на съездах колхозников воскликнул: «Браво, Лысенко!» Этого было вполне достаточно, чтобы бывший полтавский агроном занял все высшие должности в советской биологической науке, вплоть до президента сельскохозяйственной Академии, сместив Вавилова и объявив генетику лженаукой, осознанно уводящей в сторону от насущных проблем в советском семеноводстве, а значит, и от рекордных урожаев, столь необходимых стране. Вавилову это стоило жизни, Сталину обещана ветвистая пшеница, а людям, которые сопротивлялись лысенковскому невежеству и произволу, - «казенный дом и дальняя дорога». По ней и ушел из жизни великий ученый и уникальный человек Николай Вавилов.

Разгромленные генетики разбегались в разные стороны. Хаджинов тогда скрылся на Кубани, а главный сторонник генных принципов в семеноводстве Николай Петрович Дубинин подался в орнитологию, бродил по опушкам дальних лесов с проволочной клеткой, боясь притронуться к газетам, где печатались списки «врагов народа», там встречались и коллеги. Лысенко долго вешал вождям лапшу на уши, создав теорию марксистско-ленинского «большого скачка». 

Последним, кто терпеливо ждал у «поля чудес» небывалый урожай, был Хрущев. Он приезжал в «страну дураков», на подмосковные угодья Трофима Денисовича «Горки Ленинские», и стонал от восторга - коровы у того вместо молока доились жирными сливками. Неважно, что в лысенковский совхоз грузовиками везли с фабрики «Красный октябрь» кондитерский лом и скармливали его буренкам, важно, что у Лысенко жирность молока была самая высокая в мире. Нигде ведь не приходило в голову кормить коров бисквитами. Наука о наследственности и изменчивости организмов, названная генетикой, в СССР кое-как стала оправляться только в шестидесятые годы. И это когда остальной мир в ее развитии уже давно ушел вперед, опираясь на законы, открытые за столетие до того чешским монахом Грегором Менделем.

Кубань благодаря Лукьяненко, Пустовойту и Хаджинову стала тогда одним из центров в продвижении передовых технологий в семеноводстве. В шестьдесят седьмом году в край приехал легендарный академик Дубинин, тот самый, который в споре с Лысенко, начисто отвергавшим теорию хромосомной наследственности, пострадал больше всех, поскольку упорнее всех сопротивлялся.

От самого худшего его спас случай, можно сказать, парадокс в биографии. В детские беспризорные годы он попал на одну фотографию с Лениным. Культ Ильича был невероятен до такой степени, что через много лет поиски мальчишек, случайно оказавшихся на Красной площади 1 мая 1919 года, привели ленинских биографов к ошеломляющему выводу - один из пацанов, тот самый, что выглядывает из-под локтя вождя, оказывается, стал видным ученым, профессором. 

Пропагандистская машина работала безотказно, поэтому посчитали неудобным отправлять на нары человека, которого благословил в будущее сам Ленин. А так бы Николай Петрович Дубинин вполне мог отправиться вослед за своим учителем Николаем Ивановичем Вавиловым, человеком, мечтавшим досыта накормить весь мир, но умершим от голода в саратовской тюрьме и погребенным в безвестной братской могиле.

А Лысенко? Лысенко прожил долгую и благополучную жизнь, двадцать лет возглавлял Академию сельхознаук и, словно в издевательство, четверть века директорствовал в институте генетики Академии наук СССР, которую возглавлял брат Николая Вавилова - Сергей Иванович Вавилов. Столько же избирался депутатом Верховного Совета СССР, стал лауреатом Госпремий, Героем соцтруда, академиком, орденоносцем и прочее, прочее, прочее. В конце концов торжественно похоронен был в тех же «Горках Ленинских», в точном соответствии с законами, открытыми великим Менделем, передав нам, потомкам, свои зловещие гены. Поэтому, наверное, и прыгаем кенгурятами, и чем дальше, тем живее и охотнее.


ВЕЛИКИЕ И НЕПОВТОРИМЫЕ 

Для возвеличивания славной истории Краснодарского края скоро, словно в солнечном затмении, сойдутся два знаковых события: 100-летие конного завода «Восход» и 90-летие великого жокея Николая Насибова. Вот тогда протуберанцы этого зарева высветят многое из того, что долгие времена слыло важным фактором нашей национальной гордости - коневодства. 

Хотя нынче, в обстановке центростремительного времени, многое и быстро забывается, но я уверен: Насибова помнят. Более того, чтут! 

Достаточно сказать, что в только-только завершенном издании Большой российской энциклопедии (20 лет издавалась), многие из знаковых фигур Кубани отсутствуют, а Насибов есть и даже назван одним из лучших жокеев отечественного конного спорта, а поскольку других наездников там попросту нет, то он и есть лучший...


СКАКУН СТОЛЕТИЯ

Сегодня его можно видеть лишь на коньячной бутылке - гордо вскинутую голову с белой полосой. «Большой приз» называется тот коньяк, хотя сам напиток по количеству наград уступает изображенному на этикетке.

Немногие ныне знают, что голова сия принадлежит знаменитому скакуну Анилину, потрясавшему в шестидесятые годы отечественные и западные ипподромы, трижды победившему (небывалый случай!) на кубке Европы, что на конном языке и назывался - «Большой приз». Был сезон, когда Анилин своими копытами добыл для Министерства сельского хозяйства СССР половину годового валютного дохода и вывел малую родину, кубанский конезавод «Восход», в число мировых центров чистокровных верховых лошадей.

К сожалению, только на кинопленке я видел, как мчался Анилин к своим победам, но даже в мутном, исцарапанном временем изображении ощущалась стремительная мощь уникального жеребца. Под гнедой шкурой переливались мускулы, налитые свирепой силой, стальные копыта сотрясали скаковую дорогу. Анилин был поразительно огромен, и когда набирал скорость, летел к финишу, словно ураган, сметая все на своем пути.

Этот конь родился в 1961 году в Новокубанском районе Краснодарского края, в скачках участвовал всего три года. Но что это были за годы!.. Громадный жеребец английской породы, своенравный, подчас просто агрессивный. Очевидцы говорят, что со старта он никогда не уходил первым, но когда могучее тело разгонялось до стремительности того самого урагана, когда движение копыт не в состоянии была уловить даже кинокамера, поставленная на рапид, начиналось главное - полет к финишу. Трибуны ревели, воистину - это было зрелище богов!

Анилин принимал участие в самых престижных европейских и мировых скачках. Их драматургия множество раз описана, разобрана на кинограммы со стремлением понять секрет совмещения природного дара с тактикой наездника - Николая Насибова. Их имена уже давно перешли в легенду, а все равно волнуют до сих пор... Появление скаковой лошади - всегда загадка. Как можно предсказать ее судьбу, даже глядя в гербовые свитки родословной? Тем более если пугливое существо прячется за могучий круп матери и оттуда робко тянется за морковкой. Да никто!


РИСК КАК УСПЕШНОСТЬ

Существует несколько легенд, когда и как нашли друг друга Анилин и Насибов. Самая распространенная версия - якобы их свела Аналогичная. Однажды в леваду зашел невысокий и смуглый человек, которого кобыла всегда выделяла из всех остальных, что днями крутились возле конюшен, деловые, с жесткими руками, цепким оценивающим взглядом и громким командным голосом: «А ну, не балуй!»

Этот же всегда пах свежей морковкой, которую кони любили, как многие дети любят хороший шоколад. Аналогичная в тот раз не только захрустела огородной сочностью, но и коротким ржанием подозвала сына. Тот подошел, обнюхал карманы Насибова и сразу получил кусочек сахара, который впоследствии очень любил. У Насибова в тот день в леваде было немаловажное дело - он в составе группы специалистов отбирал жеребчиков для дальнейшей работы. Анилин ему пришелся по вкусу: молод, но уже мускулист, высок, строен. Стоит спокойно, выпрашивая угощение. Получив еще кусочек сахара, позволил похлопать себя по шее, и когда Насибов заглянул в глаза юного жеребчика, почти ахнул - они горели буйным огнем, полным нарождающейся страсти. Каким-то шестым чувством понял, что конь с таким взглядом уж точно будет идти до конца, не сдаваясь и не упуская шанс в любой гонке.


Продолжение следует...


За всеми важными новостями следите в «Одноклассниках» и на канале «Яндекс.Дзен»

 


Читайте также:

На ул. Октябрьской в Краснодаре временно ограничат движение
14 Августа
Общество

На ул. Октябрьской в Краснодаре временно ограничат движение

За это время специалисты отремонтируют дождевые колодцы и коллекторы.
Больницы Краснодара и Сочи получили медоборудование
14 Августа
Общество

Больницы Краснодара и Сочи получили медоборудование

КТ позволяет провести самую раннюю диагностику и быстро начать лечить пневмонию.
Более 100 выпускников Краснодара получили высший балл на ЕГЭ
14 Августа
Общество

Более 100 выпускников Краснодара получили высший балл на ЕГЭ

Двое выпускников набрали в сумме по 300 баллов, еще 12 - по 200 баллов.
Как Сочи во время Великой Отечественной войны стал спасительным тылом страны
14 Августа
Общество

Как Сочи во время Великой Отечественной войны стал спасительным тылом страны

В июне 1941 года в Сочи, как и сейчас, в самом разгаре был курортный сезон.
Жители Краснодара могут узнать о районах строительства школ и детсадов
14 Августа
Общество

Жители Краснодара могут узнать о районах строительства школ и детсадов

На официальном сайте мэрии появился специальный раздел.
Скульптура «45 параллель» в Краснодаре откроется 18 августа
14 Августа
Общество

Скульптура «45 параллель» в Краснодаре откроется 18 августа

По всему краю проходят различные мероприятия к юбилею РГО.
13:58 На ул. Октябрьской в Краснодаре временно ограничат движение 13:44 Больницы Краснодара и Сочи получили медоборудование 13:19 Более 100 выпускников Краснодара получили высший балл на ЕГЭ 13:11 Как Сочи во время Великой Отечественной войны стал спасительным тылом страны 13:05 ВТБ на треть увеличил число клиентов, открывших накопительные счета 12:52 How to Overcome Teething Troubles 12:45 Кубань стала лидером в ЮФО по числу выявленных поддельных банкнот 12:39 Жители Краснодара могут узнать о районах строительства школ и детсадов 12:14 Скульптура «45 параллель» в Краснодаре откроется 18 августа 12:10 ВТБ: оборот российских кинотеатров упал на 95%
Обмен трафиком СМИ2